Шесть дней, $95 млрд и одна большая ставка на будущее

С 18 по 23 сентября 2026 года мировые корпорации закрыли шесть крупных сделок — от слияния медных гигантов до развода пищевого конгломерата. Суммарно только на покупки ушло больше $95 млрд. За цифрами — попытка капитала занять места в отраслях, которые определят следующее десятилетие: энергопереход, кибербезопасность, метаболическая медицина и корпоративные данные.

  • Медь становится стратегическим металлом. Anglo American и Teck Resources закрыли слияние на ~$50 млрд, создав Anglo Teck — одного из крупнейших производителей меди. Регуляторы ЮАР, Канады и Чили одобрили сделку, акции торгуются в Лондоне и Торонто, во главе — Дункан Ванблад, синергия оценивается в $1,5 млрд в год. Иначе финансировать энергопереход и тягаться с BHP и Rio Tinto слишком дорого.

  • Кибербезопасность бьёт рекорды. Palo Alto Networks закрыла покупку израильской CyberArk за $25 млрд — крупнейшую сделку в истории отрасли. Акционеры получили $260 за акцию. Глава компании Никеш Арора говорит о единой платформе для защиты идентификаций и облачных сред — ответ на атаки через цепочки поставок и ужесточение регулирования в США и ЕС.

  • Pfizer врывается в гонку за ожирением. Фармгигант купил биотех Metsera за $7,3 млрд: $47,50 за акцию плюс дополнительные выплаты. Альберт Бурла делает ставку на MET-097i, который выходит в III фазу. Рынок лекарств от ожирения к 2030 году оценивают в $150 млрд, и отставать от Eli Lilly и Novo Nordisk Pfizer не намерен — тем более что сама Novo от встречного предложения отказалась.

  • Salesforce скупает данные для ИИ. Компания Марка Бениоффа завершила поглощение Informatica за $8 млрд ($25 за акцию), чтобы усилить Data Cloud и Agentforce и меньше зависеть от партнёров в борьбе с Microsoft.

  • Novo Nordisk отвечает симметрично. Датчане купили Akero Therapeutics за $5,2 млрд ($54 за акцию), добавив препараты от MASH. Ларс Фруэргорд Йоргенсен рассчитывает на синергию с семаглутидом, Akero сохранит операционную самостоятельность.

  • А Kraft Heinz пошла другим путём. 18 сентября концерн разделился на две публичные компании, выделив североамериканский продуктовый бизнес. Новую структуру возглавил Карлос Абрамс-Ривера, акционеры получили по акции каждого эмитента — ставка на скорость реакции и снижение долга после слияния 2015 года.

Что это значит для вас. Деньги идут туда, где решений ждут государство, регуляторы и потребитель: медь, кибербезопасность, лекарства от ожирения, данные. Но у сделок есть обратная сторона — интеграция в разных юрисдикциях, растущий долг, антимонопольные проверки и волатильность цен. Держите эти имена в поле зрения. А какая из шести сделок кажется вам самой рискованной?